Bor ekan-u yo’q ekan, och ekan-u to’q ekan, bo’ri bakovul ekan, tulki yasovul ekan, qarg’a qaqimchi ekan, chumchuq chaqimchi ekan, o’rdak surnaychi ekan, g’oz karnaychi ekan.
O’tgan zamonda bir boy bor ekan. Uning eshagi va bir ho’kizi bor ekan. Uning eri ko’p ekan, qarol-qo’shchilariga ekin ektirib kun o’tkazar ekan. Xo’jayinning o’g’illari ko’pincha eshakni minib yurar ekanlar. Xo’jayin eshakka yarasha egar-to’qim qildirib bergan ekan. To’qimi gajimli, juda ham kelishgan ekan. Shunday qilib, bu eshakni xo’jayin ham, xo’jayinning bolalari ham yaxshi ko’rib, suv o’rniga sharbat, o’t o’rniga qora mayiz berib boqisharkan. Xayr, eshak suv o’rniga sharbat, o’t o’rniga qora mayiz eb maza qilaversin, endi gapni ho’kizdan eshiting.
Xo’jayin ho’kizni ertadan kechgacha qo’shga qo’shar ekan. Ho’kiz kechqurun qorni ochib, charchab qaytib kelsa, uning oldiga bir bog’ quruq poyani tashlab qo’yar ekan. Ho’kiz bechora har kuni bir bog’ quruq poyaga yo’liqib, qorni ochib, qoni qochib, rangi to’zib, ko’p abgor bo’libdi. Bir kun ishdan kelib, poyani egisi kelmay atrofga qarasa, boyagi eshak suv o’rniga sharbat, o’t o’rniga qora mayiz eb, maza qilib yotibdi. Shunda ho’kiz uning ovqatidan egisi kelib, eshakdan:
— Hoy o’rtoq, men ko’p och qoldim, rahming kelmaydimi? Kel, menga ham ovqatingdan ber, — debdi.
Shunda eshakning rahmi kelib, ovqatidan beribdi. Eshakning oldida har doim ovqat ortib yotar ekan. Xo’jayin erta bilan chiqib ko rsaki, eshakning oldida ovqati qolmabdi. «E, eshagimning ishtahasi endi ochilibdi», — deb ko’p-ko’p ovqat soladigan bo’libdi.
Bir kuni xo’jayin chiqib qarasa, eshakning ovqatini hadeb ho’kiz kelib eyayotgan emish.
— Ie, hali sening qorning to’yib, dimog’ing ko’tarilib qolibdi-ku, — deb ertasi kuni ho’kizni eshakning o’rniga qo’yib, eshakni oborib ho’kizning o’rniga qo’shga qo’shibdi.
Eshak sho’rlik umrida qo’shga qo’shilmagan ekan, omochni tortishga ko’p qiynalibdi. Oxiri taqdirga tan berib, qo’shda yurishga ham ko’nikib qolibdi. Kechgacha qo’shda yurib charchab, qorni ochib uyga borsa, avvalgi ovqatlar yo’q, sharbat o’rniga bir paqir suv, mayiz o’rniga bir bog’ poya. Eshak bechora nochor eyishga tushibdi.
Xayr, shunday qilib, xo’jayin eshakni kuzgacha toza ham qo’shga qo’shibdi. Kuz bo’lganda esa unga yuk ortib, uzoq-uzoq erlarga boradigan bo’libdi.
Bir kuni xo’jayin eshakni minib bozorga boribdi. Bozordan bir qop tuz sotib olibdi. Tuzni eshakka ortib, ustiga o’zi minib, yo’lda ketayotsa, birdan havo aynib, yomg’ir yog’a boshlabdi. Hash-pash deguncha darrov yo’llar loy bo’lib ketibdi. Eshak bechora ustida tuz, uning ustiga xo’jayin mingan, boz ustiga yuklar yomg’irda vazminlashgan, yomg’irdan junlari ivib, yo’lda arang yurib kelar ekan. Noinsof xo’jayin loaqal eshakning oyog’idagi taqasini ham yangilatib qo’ymagan ekan. Taqasi siyqalanib qolgani uchun eshak loyda toyilib, turtinib borar ekan. Ustidagi og’ir yuki bosib, darmoni qurib, buning ustiga xo’jayin:
— Tez-tez yurmaysanmi? — deb qo’lidagi xalacho’pi bilan bo’yniga niqtabdi, «xix-xix» deb, ikki oyog’i bilan qorniga tepibdi. Eshak shu azob bilan borayotib yo’lda bir buzuq ko’prikka kelib qolibdi. Bechora eshak toyilib-toyilib ko’prikning ustiga chiqqanida oyog’i toyib, ko’prikning teshigiga kirib qolibdi, ustidan xo’jayin chalqanchasiga ag’anab ketibdi. Shunda xo’jayinning qahri kelib, chayonday zahri kelib, ko’p¬rikning tagidan bir so’yilni tortib olib, o’lganning ustiga tepgan deganday: «Meni ag’anatadigan senmisan», — deb bechora eshakni toza uribdi. Eshakning oyog’ini qisgan, o’zini yuk bosgan, buning ustiga kaltakning achchig’i. Eshak bo’ynini erga solib, boshini loyga qo’yib, ko’zidan yoshini oqizib yotib qolibdi. Shunda uch-to’rt yo’lovchi etib kelibdi.
Eshakning ahvolini ko’rib, yo’lovchilarning rahmi kelibdi. Bitta yo’lovchi:
— Hoy, noinsof. Eshakning ahvoliga qarasang-chi, uni urib nima qilasan? Ustidagi yukini ol, bo’lmasa o’lib qoladi, — debdi.
Keyin yo’lovchilar kelib, biri yukning ustidagi arg’amchini qirqibdi, biri tuzni ag’anatibdi, biri eshakning belidan ko’tarib, yana biri dumidan ushlab, ko’prikdan chiqarib olibdi. Shundan keyin xo’jayin tuzni ortib yana yo’lga tushibdi. Eshak bechora shuncha azob bilan qorni ochib uyga zo’rg’a etib boribdi. Borgandan keyin uydagilar: «Xo’jayin yomg’irda ivib kelibdilar, ko’p azoblanibdilar», — deb uni qo’llab-quvvatlab, issiq uyga olib kirib ketishibdi. Eshakni esa ochiq havoga bog’lab qo’yishibdi. Xo’jayin o’choqqa qo’llarini toblab, isinib, yog’li palovni eb maza qilibdi. Eshakka bo’lsa, «boyagi-boyagi, boyxo’janing tayog’i» deganday bir bog’ quruq poyani tashlashibdi.
Eshakning juda xo’rligi kelib, shu ahvolda yuraverishga rozi bo’lgisi kelmabdi. «Endi nima qilsam bo’lar ekan? — deb o’ylabdi. — Men shu xo’jayinning qo’lida tokay ezilaman, axir, xo’jayinnikidan chiqib ketsam, ochdan o’lamanmi? Kel-e, shu erdan boshimni olib ketayin!» — debdi.
«Endi qayoqqa borsam ekan?» — deb o’ylabdi.
Eshak yoshligida onasidan: «Susambil degan mamlakat bor ekan, u joyda o’tning bo’lig’i, suvning tinig’i mo’l ekan. Unda birov bilan birovning ishi ham yo’q, azob-uqubat ham yo’q, ovqat mo’l, qorning doim to’yib yuradi», — degan gapni eshitgan ekan. Onasi bechora ko’p orzu qilsa ham, Susambilga borolmay o’lib ketgan ekan. Eshak o’ylab-o’ylab shu Susambilni topmoqchi bo’libdi. O’rnidan turib, chiranib tortib, boshvog’ini uzib, osmonga qarab bir hangrab olibdi. Keyin xo’jayinning tashqi hovlisi bilan xayrlashib, yoiga tushibdi.
Bir odamning bir kam qirqta tovug’i, bitta xo’rozi bor ekan. Makiyonlar har kuni bir kam qirqta tuxum qilib berar ekanlar. Biroq egasi juda xasis odam ekan. Tovuqlarga loaqal uch kunda bir marta ham don sochib qo’ymas ekan. Tovuqlar hovlida xashaklarni va go’nglarni titib, shundan ovqat topib, qorin to’yg’azar ekanlar.
Bir kuni tovuqlar qo’shnisining hovlisida donlab yurganda uning xotini uy obrezida oqshoq yuvib, qozonga solibdi. Obrezning chetida to’rt-beshta oqshoq to’kilib qolibdi. Buni xo’roz ko’rgan ekan, sekin kirib, haligi donlarni eya boshlabdi. Shunda qo’shnisining xotini ko’rib, «kisht-kisht, qirilgurlar, kisht», deb otashkurakni otib yuboribdi. Otashkurak xo’rozga tegib, uni bir necha marotaba yumalatib yuboribdi. Otashkurakning zarbidan xo’roz ko’p alam tortib, bir chekkaga borib yig’labdi. Xo’rligi kelib: «Xo’jayin har kuni bir kam qirqta tuxum olsa, loaqal, bitta tuxumning puliga don olib sochmasa; uning eshigi yoniga borsak, o’zi ham, xotini ham «kisht-kisht» deb haydasa, boz ustiga qo’shnilaridan ham kaltak esang! Menga nima azob! Kel, shu erda yurgandan ko’ra dalalarga chiqib ketib, o’sha erda o’zimcha tirikchilik qilsam, nima bo’ladi?» — debdi. O’rnidan turibdi va «qu-qu-qu» deb qichqiribdi. Keyin «pir» etib devorga qo’nibdi, undan uchib ko’chaga tushibdi-yu, dalaga qarab ketaveribdi.
Xo’roz dala yo’lida borayotgan ekan, uch ko’chaning boshiga borib qolibdi. Uch ko’chaning biridan boyagi eshak, ikkinchisidan xo’roz chiqib kelibdi. Xo’roz eshakka qarab:
— Assalomu alaykum, eshakvoy! — debdi. Eshak:
— Vaalaykum assalom, xo’rozvoy, — debdi. Xo’roz:
— Sizga yo’l bo’lsin? — deb eshakdan so’rabdi. Eshak:
— Susambilga,— debdi. Xo’roz:
— Susambil qanday joy? — debdi. Eshak:
— Susambil — o’tning bo’lig’i, suvning tinig’i, unda azob-uqubat yo’q, maza qilib yurasan, — debdi.
Xo’roz:
— Men ham borsam bo’ladimi? — deb so’rabdi. Eshak:
— Xayr, bitta edim, sen bilan ikkita bo’lamiz, yuraver! — debdi. Ikkovi boshidan o’tganlarini bir-biriga gapirib ketaveribdi.
Endi boyagi ho’kizga kelaylik. Xo’jayini uni ho’kizlar bilan urishtirib yurar ekan. Ho’kiz juda urishqoq bo’lib, hamma joyda dong’i ketgan ekan. Bir kuni ho’kiz urishtirish bo’lib qolibdi. Shunda bu ho’kiz etti-sakkiz ho’kizni qochiribdi. Endi bitta juda urishqoq ho’kiz qolibdi. Xo’jayin ho’kizini bu ho’kiz bilan ertasiga urishtirmoqchi bo’libdi. Tongda xo’jayin:
— Endi ho’kizni urishtirishga boraman. Shoxini yog lab qo’yay! — deb molxonaga chiqsa, ho’kizning ikki ko’zi yumuq, hadeb uxlayapti. Tushida katta bir yig’in emish. Ho’kizni xo’jayini yig’inga olib kirsa, haligi ho’kiz buni yig’indan quvib chiqarish uchun hamla qilib, yugurib qolibdi. Shunda buning achchig’i chiqib, kelayotgan ho’kizga hujum qilib uni bir suzibdi. Shunda ho’kiz shoxini yog’layotgan xo’jayinni suzib yuboribdi. Xo’jayinning yog’ kosasi bir tarafga, o’zi ikkinchi tarafga uchib tushibdi.
Xo’jayin hushidan ketibdi, hushiga kelgandan so’ng:
— Hali meni suzadigan senmisan?! — deb ho’kizni chunon uribdiki, qavarib chiqmagan joyi qolmabdi. Shunda ho’kiz yotib yig’labdi, xo’rligi kelibdi: «Men xo’jayinga shuncha ishlarni qilib, qancha ho’kizlar bilan urishib, ularni engib, pul yutib bersam, u esa shugina hazilimni ko’tarmay meni o’larcha ursa, bu menga qanday xo’rlik?!» — debdi va: «Kel-e, men tokay xo’rlik tortaman, shu xo’jayinnikidan ketsam, nima bo’lar edi, ketaman!»— deb o’rnidan turibdi, bir chiranib boshvoqni uzib, yo’lga tushibdi, yurib-yurib bir joyga borsa, boyagi eshak ko’rinibdi. Shunda ho’kiz eshakni chaqirib, orqasidan yuguribdi. Orqasiga qarasa, uzoqdan bir ho’kiz uni to’xtovsiz chaqirib kelyapti.
Eshak to’xtab turibdi, ho’kiz etib kelibdi. Qarasa, o’zining sherigi ekan. Eshak:
— Ha, ho’kizvoy, nima qilib yuribsan? — debdi. Ho’kiz aytibdi:
— Sendan keyin xo’jayin meni ham toza azobladi. Men ham «bor-e» deb kelaverdim. Sen qayoqqa ketyapsan?
Eshak:
— Men Susambilga ketyapman, — debdi. Ho’kiz:
— Susambil qanday joy? — debdi. Eshak aytibdi:
— Susambil o’tning bo’lig’i, suvning tinig’i, unda azob-uqubat yo’q, maza qilib yurasan!
Ho’kiz:
— Bo’lmasa men ham borsam bo’ladimi? — debdi. Eshak:
— Kelganing yaxshi bo’libdi. Ikkita edik, uchta bo’ldik. Yuraver! — debdi.
Ho’kiz, eshak, xo’roz uchovi boshidan o’tganlarini bir-biriga gapirishib, hasratlashib ketaverishibdi. Necha kun yo’l yurib, cho’l-u biyobonga etishibdi.
Cho’lda hech kim yo’q ekan. Bir joyda ikkita kalamush turar ekan. Cho’lda oziq-ovqat kamligidan, ozgina ovqat topish uchun ko’p joylarga borib, ko’p erlarni qazir ekanlar. Shunda qorin to’yar-to’ymas ozgina ovqat topishar ekan. Bora-bora cho’lda ovqat topilmay qolibdi. Bir kuni ikkala kalamush eydigan ovqati yo’q, qorni ochiqib, endi nima qilamiz deb, uyasining og’ziga chiqib shumshayib o’tirishganda, uzoqdan haligi eshak, ho’kiz va xo’rozlar ko’rinishibdi.
Biri aytibdi:
— Shu ko’ringanlar yo’lovchi bo’ladi. Yur, ulardan ovqat olaylik. Zora rahmi kelib, biror narsa tashlab ketishsa, — debdi.
Ikkalasi yo’lning ustiga chiqib turibdi. Ko’ringan hayvonlar ham etib kelishibdi. Shunda kalamush ulardan ovqat tilabdi. Eshak turib:
— Ey birodarlar, biz ham sizlarga o’xshash och qolganlardanmiz. Agar ovqat kerak bo’lsa, biz bilan birga yuraveringlar, — debdi.
Kalamush eshakdan:
— Qaerga ketyapsizlar? — deb so’rabdi. Eshak:
— Biz Susambilga ketyapmiz, — debdi.
— Susambil qanday joy? — deb so’rabdi kalamush.
— Susambilni aslo so’rama! Susambil o’tning bo’lig’i, suvning tinig’i, unda azob-uqubat yo’q, maza qilib yurasan! — debdi eshak.
— Bo’lmasa biz ham boraylik, — deyishibdi kalamushlar.
— Uchta edik, beshta bo’ldik, yuraveringlar, — debdi eshak. Mana endi bular beshovi boshlaridan o’tgan sarguzashtlarini bir-biriga gapirishib, Susambilga ketaveribdilar.
O’sha cho’lda bir gala ari bor ekan. Ular ham ovqat yo’qligidan och qolib, nima qilarini bilmay, osmonda g’o’ng’illab uchib ketayotgan ekanlar, birdan haligi Susambilga ketayotgan besh jonivorga yo’liqibdilar.
Arilar bularni ko’rib: «Uh, mana ovqatning konidan chiqdik, keragini olib qol!» — deb chaqqani kirishibdi.
Shunda eshak aytibdiki:
— Ey ukalar, sizlar ham bizga o’xshab och qolib qiynalganga o’xshaysizlar. Bizning tanamizda shira qolgani yo’q. So’rganlaring bilan hech narsa chiqmaydi. Shiramizni xo’jayinlarimiz so’rib olgan. Agar ovqat kerak bo’lsa, biz bilan yuraveringlar! — debdi.
Shunda arilar bularning ahvolini ko’rib, bular ham bizga o’xshagan och qolganlardan ekan, deb qayoqqa ketishayotganini so’rabdi.
— Biz Susambilga ketyapmiz, — deyishibdi.
— Susambil qanday joy? — deb so’rabdi arilar.
— Susambil o’tning bo’lig’i, suvning tinig’i, unda azob-uqubat yo’q, maza qilib yurasiz, — deyishibdi.
— Bo’lmasa biz ham boraylik, — debdi arilar.
— Mayli, beshta edik, ko’p bo’ldik, — debdilar.
Shunda bular hammasi: «Susambil, qaydasan?» deb boshidan o’tganlarini gaplashib, hasratlashib ketaveribdilar. Yo’lda ketayotib: «Qachon Susambilga etamiz?» deb, yuraklari jig’illab, goho-goho eshakdan: «Yana bir gapirib bering. Susambil qanday joy o’zi?!» deb so’rashar ekan. Eshak ham Susambilni maqtab, ularning ko’nglini ko’tarar ekan.
Bular:
— Susambilga borsak unday qilamiz, bunday qilamiz! — deb o’zlaricha shirin-shirin xayollar surib borishar ekan.
Bular yo’l yuribdi, yo’l yursa ham mo’l yuribdi. Oxiri dimog’lariga Susambilning xushbo’y shabadasi urilibdi. Susambilga ham etib kelishibdi.
Susambil juda ham keng, bepoyon bir joy ekan. Havosi juda toza, narigi yoqda ulkan tog’ bo’lib, uning shabadasi doim g’irillab kelib turar ekan. Erda ko’m-ko’k maysalar, bedalar yashnab yotibdi. Bir yoqda bug’doy, arpalar; bir yoqda qovun-tarvuzlar, bir taraf keta-ketguncha bog’: unda uzum, anjir, o’rik, shaftoli va turli-tuman mevalar g’arq pishgan. Ariqlarda oppoq sutday suvlar sharqiraydi. Borganlarning bag’riga shamol tegibdi.
Shunda bu bechoralar juda ham xursand bo’lib ketishibdi. Xursandlikdan ba’zilari yig’lab olishibdi. Ular ko’p och qolishgan ekan. Har qaysisi istagan ovqatini eb, qornini to’yg’azib, vaqtlarini xushlashib, so’ngra salqin bir joyga kelib dam olishibdi. Yo’l azobi — go’r azobi, deganday, ko’p charchab qolishgan ekan, shu salqin joyda yotib uzoqqina uxlashibdi.
Uyqudan turib qo’1-betlarini yuvib, yana xohlagan ovqatlarini ebdilar. Shu bilan bular Susambilga kelib ko’p rohatlanib qolishibdi.
Susambilning bir tomoni baland tog’ bo’lib, unda kiyik deysizmi, ishqilib ko’p jonivorlar yashar ekan. Tog’ning bir joyida esa bir to’da bo’ri turar ekan. Bir kuni bo’rilarning podshosi ularni to’plab, bazm qilib, ichkilik ichib, kabob qilib eb o’tirgan ekan. Shunda bo’rilarning podshosi uzoqdan haligi eshak bilan ho’kizni ko’rib qolibdi:
— Uh, bizga barra kabob topildi, huv ana, o’tlab yuribdi. Uch-to’rtta bo’lib borib shularni ohb kelinglar, kabob qilib eymiz, — debdi.
Bo’rilarning ichida bitta hovliqmasi bor ekan, u turib aytibdi:
— Shugina narsaga uch-to’rt kishining nima keragi bor? Bitta o’zim borib olib kelaman! — debdi.
Bo’rilarning ichida yana bitta hovliqmasi bor ekan. Haligi bo’rining gapini eshitib, shartta o’rnidan turib:
— Hov, nima deyapsan o’zing? Men turganda sen qayoqqa borasan? O’tir joyingda! Men o’zim borib olib kelaman! — debdi.
Bunga u bo’rining achchig’i kelibdi:
— Meni pisand qilmayapsan, sendan nima kamligim bor?! — deb bir-ikki daf qilibdi. Shu erda ikkovi olishib ketibdi.
Shunda bo’rilarning podshosi turib:
— Hoy muttahamlar, urishmanglar! Bor, ikkoving borib olib kel! — debdi. Shu bilan ikkovi chopqillashib ketishibdi. Bular ketayotganlarida bizning susambilliklarimiz o’tlab yurishgan ekan. Bir vaqt ho’kiz erdagi ko’katni eb, og’zini to’ldirib, boshini ko’tarib, o’tni chaynab, tog’ tomonga qarab, uzoqdan chopib kelayotgan ikkita bo’riga ko’zi tushibdi. Shunda ho’kizning yuragi shuvullab ketibdi. U qo’rqib og’zidagi o’tini erga tashlab, sheriklarini chaqiribdi. Sheriklari ham bo’rilarni ko’rishibdi. «Endi nima qilamiz? Qochamizmi, turamizmi?» deb maslahatlashibdilar.
Eshak:
— Qochsak, quvib etib oladi, yaxshisi qochmaymiz, — debdi. Ho’kiz aytibdi:
— Basharti oldimizga kelsa, nima qilamiz? Shunda xo’roz:
— Men daraxtning tepasiga uchib chiqib ketaman, — debdi.
Kalamushlar:
— Biz erni kavlab, kirib ketamiz, — debdilar. Eshak:
— Hangrab turaveraman, — debdi. Arilar:
— Biz ro’para kelganini chaqib, hamma yog’ini shishirib tashlaymiz! — debdilar. Ho’kizga arilarning gapi juda ham yoqib tushibdi:
— Bo’lmasa sizlar jon boricha chaqinglar. Qolganlarini menga qo’yib beringlar! — debdi.
Bular maslahatni bir qilib turaverishibdi.
Bir zumda bo’rilar etib kelibdilar. Bo’rining haligi hovliqmasi sherigiga:
— Huv anavini sen ko’tar! Mana buni men ko’taraman, — deb ho’kizga qarab yuguribdi.
Shunda ho’kiz orqasiga qaytib turib, bo’riga qarab yugurib borib bir suzganda, bo’ri «dod» deb etti dumalab tushibdi. Buni ko’rib sherigi yugurib kelgan ekan, ho’kiz uni ham qattiq suzib tashlabdi. Kalamushlar qo’rqqanlaridan erni kavlab kirib ketishga urinibdi. Er toshloq, qattiq ekan, ular kavlab kirolmabdilar, bir zumda allaqancha joyni o’yib yuboribdilar.
Xo’roz bo’lsa daraxtga chiqib olib, hadeb «qu-qu-qu» deb qichqiraveribdi.
Arilar har ikkala bo’riga yopishib chaqaverishibdi-chaqaverishibdi, bir zumda do’mbira qilib shishirib tashlashibdi. Bo’rilar shunda ham qochmay, jonholatda kelib, ho’kizga yopishibdilar. Ho’kiz ularni suzaverib, a’zoyi badanini yara qilib tashlabdi. Eshak bo’lsa nariroqda bor ovozi bilan hangrab, nari borib-beri kelib turaveribdi.
Bir vaqt bo’rilar olishib-olishib charchashibdi. Qarasa, ho’kiz bilan arilar o’ldirib qo’yadigan. Shunda dastlab haligi hovliqma bo’ri qochishga tushibdi, orqasidan bunisi ergashibdi. Bular shu qochganicha podshoning oldiga etib borishibdi. Bu bo’rilarning hamma yog’i yorilgan, qonlari oqqan, ari chaqqan yuzlari shishib, ko’zlari ko’rinmaydigan bir ahvolda ekan. Podsho va sheriklari bularning ahvolini ko’rib, rangi o’chib, qoni qochib, iyaklari qaltirab, ko’zlari yaltirab qolibdi.
Podsho:
— Sizlarga nima bo’ldi? — deb so’rabdi.
— Ey taqsir, bular barra kabob emas, boshga kelgan balo ekan! — deyishibdi.
— Ha, nima bo’ldi? — desa, bo’rining biri:
— Bular bizning jonimizga qasd qilib kelgan ekan. Bularning ichida munkar-nakiri, uning bir juft go’rkovi ham bor ekan. Munkarnakir gurzisi bilan bir urganda, agar sher bo’lsa ham, necha dumalab ketadi, — debdi.
Bo’rining yana biri:
— Ey mahmadona! Sen tek tur! O’zim gapiraman. Bularning ichida azroil ham bor ekan. Jonni olish uchun nayzasini suqsa, a’zoyi badaning achishib, shishib ketar ekan, — debdi.
Endi bunisi:
— He, sen bilmaysan! Bular go’rkovi bilan kelgan ekan. Hali biz o’lmay turib, har birimizga ettitadan go’r qazib qo’yishibdi, — debdi.
Unisi aytibdi:
— Sen ko’rmabsan! Bular so’fisi bilan kelgan ekan. Hali biz o’lmay turib, daraxtning tepasiga chiqib, hadeb odamlarni janozaga chaqiryapti.
Unisi:
— Lekin bularning ichida bir kattasi bor ekan. Unisi eshoni bo’lsa kerak. Bizga yaqinlashmadi, lekin nariroqda turib ish o’rgatib, bularga baqirib turdi. Agar unisi ham kelganda, biz mutlaqo o’lar edik, — debdi.
Bo’rilar bularning aft-angorini ko’rib, gaplarini eshitib, qo’rqib vasvasaga tushibdilar. Podsho:
— Endi nima qilamiz? — debdi. Haligilar:
— Ey taqsir, agar baloga duchor bo’laylik, kunimiz bitibdi, o’laylik desangiz, turaveramiz. Bo’lmasa qochamiz. Bular bizning orqamizdan quvsa, hali zamon etib keladi,— debdi.
Buni eshitib bo’rilarning podshosi yana qo’rqibdi.
— Bo’lmasa turinglar, jo’naymiz, — debdi.
Shunda hamma bo’rilar, bu joyga kelmay, har yoqda tirqirab yurganlarini ham topib kelib, Susambil tog’ini tashlab qochib, etti tog’ning narigi yog’iga o’tib ketishibdi.
Susambilliklar endi tamom erkinlikka chiqib, og’zi oshga tegib, sal kunda semirib ketibdilar. Ular goho xo’jayinlarinikida ko’rgan kunlari esga tushsa, o’kinib, bu erdagi rohatlarni ko’rib sevinib, Susambilning ovini ovlab, dovini dovlab, maza qilib yurishaveribdi. Shu bilan murod-maqsadlariga etishibdi.
Оно есть и его нет, оно голодно и сыто, волк прожорлив, лиса сердится, ворона каркает, воробей каркает, утка трубит, гусь трубит.
В прошлом был богатый человек. У него есть осел и бык. Поскольку у нее много мужей, она целыми днями сеет урожай для своих мужей. Хозяйские сыновья часто ездили верхом на осле. Хозяин сделал подходящее седло для осла. Ткань плотная и они очень красивые. Таким образом, и хозяин, и хозяйские дети любили этого ослика, кормя его соком вместо воды и черным изюмом вместо травы. Прощай, пусть осел вместо воды ест сок, а вместо травы черный изюм, теперь от вола слышишь.
Хозяин гонит быка с утра до ночи. Вечером, когда усталый бык возвращается после уборки снега, он оставляет перед собой пучок сухих стеблей. Каждый день бедный бык топтал кучу сухих стеблей, открывал снег, истекала кровью, теряла цвет и теряла много крови. Однажды, придя домой с работы и оглядевшись, он увидел, что осел вместо воды ест сок, а вместо травы черный изюм, а он лежит и наслаждается. Тогда волу надоело есть, и он сказал осле:
«Эй, мой друг, я очень голоден, тебе не жаль меня?» «Давай, дай и мне свою еду», — сказал он.
Тогда осел сжалился и дал ему еды. Перед ослом всегда много еды. Когда хозяин вышел утром, у осла не осталось еды. «Эй, у моего ослика теперь пропал аппетит», — клал он много еды.
Однажды хозяин вышел и увидел, что вол ест ослиную еду.
«Да ты еще снега полно и сердце твое полно», — сказал он, на другой день поставил вола на место осла, взял осла и поставил на место вола.
Ослику было очень трудно тянуть плуг, так как он не использовался в соляной жизни. В конце концов он смирился с судьбой и привык гулять вместе. Когда он устает от прогулки до вечера и идет домой с открытым желудком, еды с прежнего нет, вместо сока ведро воды, вместо изюма — пучок стеблей. Бедный осел принялся за еду.
До свидания, так хозяин содержал осла в чистоте до осени. А когда наступит осень, он нагрузит его и отправится в далекие страны.
Однажды хозяин пригнал на рынок ослика. Он купил мешок соли на рынке. Он положил соль на осла и сам поехал на нем, и пока он ехал по дороге, вдруг подул ветер и пошел дождь. Дороги сразу превратились в грязь. На бедном ослике была соль, хозяин ехал на нем, и возы на сене под дождем оставлены, и шерсть от дождя мерзла, и по дороге еле ходил. Нечестный хозяин даже подкову на ослиной ноге не поменял. Осёл поскользнулся в грязи, потому что его копыто застряло. Надавив на него тяжелой ношей, мастер сказал:
— Ты не часто гуляешь?- он указал на свою шею с халачопи в руке, сказал «х-х-х» и пнул его в живот обеими ногами. По дороге осел подошел к сломанному мосту. Когда бедный осел поскользнулся и взобрался на мост, его нога поскользнулась и застряла в дыре моста, и он упал на спину своему хозяину. Тогда хозяин разозлился, ядовитый, как скорпион, вытащил из-под моста мачете и пнул бедного осла, сказав: «Это ты меня убьешь». Он ущипнул осла за ногу, отягощал себя, а вдобавок еще и горечь побоев. Осел положил шею на землю, положил голову на грязь и лег со слезами на глазах. Затем прибыли три или четыре пассажира.
Увидев состояние ослика, пассажиры пожалели его. Один пассажир:
— Эй, нечестный. Если вы посмотрите на состояние осла, что вы сделаете, ударив его? «Возьми его ношу, иначе он умрет», — сказал он.
Потом подошли пассажиры, один из них перерезал веревку на грузе, один рассыпал соль, один поднял осла за пояс, а другой взял за хвост и снял с моста. После этого хозяин взял соль и снова отправился в путь. Бедный осел так страдал, что едва добрался до дома. После ухода люди в доме поддержали его и отвели в теплый дом, сказав: «Хозяин, они замерзли под дождем, очень настрадались». Осёл был привязан на открытом воздухе. Хозяин положил руки на печь, погрелся и съел жирный плов. Что касается осла, то они бросили кучу сухих стеблей, как будто они «рисовали, палка богача».
Ослик был очень унижен и не хотел соглашаться продолжать в таком состоянии. «Что я могу сделать сейчас?» он думал. «Я буду раздавлен в руках этого хозяина. Ведь если я покину дом хозяина, то умру ли я с голоду?» Ну, дайте мне голову отсюда! он сказал.
«Теперь куда мне идти?» он думал.
Когда осёл был молод, его мать сказала: «Есть страна под названием Сусамбиль, где много травы и воды». В ней нет необходимости работать с другими, нет страданий, еды много, и ты всегда будешь сыт». Несмотря на то, что бедная мать много мечтала, она умерла, так и не сумев добраться до Сусамбил. Осел задумался и захотел найти этого Сусамбиля. Он встал, рванул себя за волосы, отрезал себе голову и посмотрел на небо. Затем он попрощался с барским двором и пошел к нему на нос.
У одного человека около сорока кур и один петух. Куры несут около сорока яиц в день. Но хозяин очень жадный. Он не кормит кур хотя бы раз в три дня. Куры порылись в сене и навозе во дворе, нашли корм и набили животы.
Однажды, пока куры кормились на соседском дворе, его жена помыла курицу в доме и положила ее в кастрюлю. На краю Обреза пролилось четыре-пять капель.Когда петух увидел это, он медленно вошел и стал есть больше зерен. Тут увидела его жена соседа и бросила огненный шар, сказав: «кишт-кишт, кирилгурс, кишт». Пожарная лопата ударила петуха и несколько раз перекатила его. Петух сильно пострадал от удара пожарной лопаты и пошел в один конец и заплакал. Он был унижен и сказал: «Если хозяин каждый день берет хотя бы сорок яиц, если он не рассыпает зерна по цене одного яйца; Если мы подойдем к его двери, он с женой кричат «кишт-кишт», и вас даже соседи побьют! Какая мне боль! Ну, вместо того, чтобы ходить здесь, что, если я пойду в поле и заработаю там себе на жизнь?» он сказал. Он встал и закричал «ку-ку-ку». Потом он полетел и приземлился на стену, вылетел с нее на улицу и все дальше в сторону поля.
Пока петух шел по полевой дороге, он застрял в начале трех улиц. Из одной из трех улиц вышел нарисованный осел, а из другой — петух. Петух смотрит на осла:
«Здравствуй, осел!» он сказал. Осел:
— Привет, петух, — сказал он. Петух:
— Может у вас есть способ? — спросил он осла. Осел:
— В Сусамбил, — сказал он. Петух:
«Что за место Сусамбил?» он сказал. Осел:
«Сусамбиль — это травинка, капля воды, в ней нет страдания, вы наслаждаетесь собой», — сказал он.
Петух:
— Можно я тоже пойду? он спросил. Осел:
«Прощай, я был один, нас с тобой будет два, иди!» он сказал. Двое из них продолжают рассказывать друг другу, через что они прошли.
Теперь давайте перейдем к быку. Его хозяин дрался с ним с быками. Бык был очень агрессивен, и у него повсюду была сыпь. Однажды была коррида. Тогда этот вол угнал семь или восемь волов. Теперь остался только один очень воинственный бык. Хозяин хотел сразиться со своим быком этим быком на следующий день. Утром начальник:
— Сейчас я буду драться с быком. Положите губу на рог! — когда он подошел к хлеву, глаза быка были закрыты, и он спал. Во сне было съедено большое собрание. Когда хозяин привел быка в стадо, бык убежал, пытаясь прогнать его из стада. Тогда он разозлился, напал на приближающегося быка и убил его. Тогда бык уплыл от хозяина, который смазывал свой рог. Чаша мастера с маслом полетела в одну сторону, а он упал в другую.
Мастер упал в обморок, после прихода в сознание:
— Ты все еще собираешься меня поплавать? — сказал он так сильно ударил быка, что не осталось места, которое не было бы покрыто. Тогда вол лег и заплакал, и почувствовал себя униженным: «Если я столько всего сделаю с хозяином, буду драться с таким количеством волов, побеждать их и выигрывать деньги, а он забьет меня до смерти, не приняв моего юмора, то что за унижение это для меня?! — сказал он и сказал: «Да ладно, я совсем опозорюсь, что будет, если я выйду из этого барского дома, я уйду!»появился осел. Тогда бык позвал осла и побежал за ним. Когда он оглянулся, издалека непрестанно звал его бык.
Осел стоит, вол пришел. Он увидел, что это его напарник. Осел:
— Да, бык, что ты делаешь? он сказал. Бык сказал:
«После вас меня мучил и мастер». Я также продолжал говорить «есть». куда ты идешь
Осел:
«Я еду в Сусамбиль, — сказал он. Бык:
«Что за место Сусамбил?» он сказал. Осел сказал:
— Кусочек травы сусамбила, капля воды, в ней нет страдания, вы наслаждаетесь!
Бык:
— Если нет, можно я тоже пойду? он сказал. Осел:
— Хорошо, что ты пришел. Нас было двое, стало трое. Бежать! он сказал.
Бык, осел и петух разговаривают друг с другом о том, что с ними случилось. После путешествия в течение нескольких дней он достиг пустыни.
В пустыне никого нет. В одном месте было две крысы. Так как в пустыне мало еды, они ходят во многие места и копают много земли, чтобы найти немного еды. Затем он нашел немного еды, пока его желудок не наполнился. Мало-помалу в пустыне не осталось еды. Однажды, когда у обеих крыс не было еды, они разинули животы и раздумывали, что делать дальше, они сидели у устья своего гнезда и все еще видели издалека ослов, волов и петухов.
Один сказал:
— Те, кто выглядит так, будут пассажирами. Иди, возьмем у них еды. Зора сказала, что если они сжалятся и оставят что-нибудь.
Оба стоят на дороге. Животные, которых видели, тоже прибыли. Тогда крыса попросила у них еды. Постоянная задница:
«Братья, мы голодны, как и вы». «Если вам нужна еда, идите с нами», — сказал он.
Из крысиной задницы:
— Куда ты идешь? он спросил. Осел:
— Мы идем в Сусамбиль, — сказал он.
«Что за место Сусамбил?» — спросила крыса.
«Не проси сусамбиль!» Кусочек травы сусамбила, капля воды, в ней нет страдания, вы наслаждаетесь! сказал осел.
«Если нет, то пойдем тоже», — сказали крысы.
— Нас было трое, теперь нас пятеро. Пошли, — сказал осел. Теперь они едут в Сусамбиль, рассказывают друг другу о своих прошлых приключениях.
В этой пустыне есть пчела. Они тоже голодали от недостатка пищи и не знали, что делать, и летали, жужжа, в небе, как вдруг встретили пятерых животных, которые все еще шли к Сусамбилю.
Увидев это, пчелы сказали: «О, мы вышли из шахты с едой, бери, что тебе нужно!» — начал кусаться.
Тогда осел сказал:
«Братья, похоже, вы страдаете от голода, как и мы». В нашем теле не осталось сока. Из того, что вы просите, ничего не выйдет. Наши хозяева высосали наш сок. Если вам нужна еда, идите с нами! он сказал.
Тогда пчелы увидели их состояние и спросили, куда они идут, сказав, что они среди голодных, как и мы.«Мы идем в Сусамбиль», — сказали они.
«Что за место Сусамбил?» — спросили пчелы.
«Сусамбиль — травинка, капля воды, в ней нет страдания, ты наслаждаешься», — говорили они.
«Если нет, то пойдем тоже», — сказали пчелы.
«Хорошо, нас было пятеро, нас было много», — сказали они.
Потом все сказали: «Сусамбиль, ты в порядке?» Они говорили о том, через что они прошли, и стали грустными. По дороге: «Когда мы доберемся до Сусамбиля?» «Расскажи мне еще одну вещь». Что за место Сусамбиль?! пока спрашивал. Осел похвалил Сусамбил и развеселил их.
Это:
— Когда мы поедем в Сусамбиль, мы сделаем это, мы сделаем это! — сладко подумали они про себя.
Они в пути, и даже если они в пути, их много. В конце ароматный ветерок Сусамбиля ударил ему в ноздри. Сусамбил тоже согласилась.
Сусамбиль — очень широкое и необъятное место. Воздух очень чистый, с другой стороны огромная гора, и ее ветер всегда воет. Голубая трава и клевер лежат на земле. С одной стороны, пшеница и ячмень; с одной стороны дыни и арбузы, с другой стороны бескрайний сад: там виноград, инжир, абрикосы, персики и разные фрукты. В ручьях текут белые молочные воды. Ветер коснулся груди тех, кто шел.
Потом эти бедные люди ушли очень довольными. Некоторые из них плакали от радости. Они были очень голодны. Каждый ест, что хочет, набивает животы, наслаждается своим временем, а потом приходит в прохладное место, чтобы отдохнуть. Как говорится, боль дороги — это боль могилы, они очень устали, поэтому легли в этом прохладном месте и долго спали.
Они проснулись, вымыли руки и ели, что хотели. С этим они приехали в Сусамбиль и очень повеселились.
С одной стороны Сусамбиля находится высокая гора, где обитает множество животных, например оленей. Где-то на горе жила стая волков. Однажды король волков собрал их, устроил вечеринку, выпил спиртного и закусил шашлыками. Тогда король волков увидел издалека осла и быка:
«Э-э, мы нашли барра-кебаб, эй, он пасется». Идите группами по три-четыре и приносите это нам, мы будем есть их как шашлыки», — сказал он.
Он встал и сказал:
«Зачем трем-четырем людям для этой штуки?» Я пойду и сам принесу! он сказал.
У волков есть еще один волк внутри. Услышав слова волка, Халиги встал и сказал:
— Эй, о чем ты говоришь? Куда ты идешь, когда я остаюсь? Садитесь! Я пойду и сам принесу! он сказал.
Волк рассердился на это:
«Ты меня не бесишь, чего мне от тебя не хватает?» — сказал он пару раз. Вот и сбежали вдвоем.
Тогда король волков встал и сказал:
«Эй, ребята, не драться!» Идите, вы двое! он сказал.С этим оба убежали. Пока они уходили, наши сусамбилы паслись. Раз вол ел зелень на земле, набил рот, поднял голову, пожевал траву, посмотрел в сторону горы и увидел двух бегущих волков издалека. Тут сердце быка зашуршало. Он испугался и бросил траву изо рта на землю и позвал своих товарищей. Его партнеры также видели волков. «Что же нам теперь делать?» Нам бежать или остаться? они советовались.
Осел:
«Если мы побежим, он нас поймает, лучше не бежать», — сказал он. Бык сказал:
— Что мы будем делать, если к нам придет Башарти? Потом петух:
«Я полечу на вершину дерева», — сказал он.
Крысы:
«Мы будем копать землю и войдем», — сказали они. Осел:
«Я буду продолжать ждать», — сказал он. Пчелы:
— Кусаем того, кто идет впереди нас, и сдуваем весь жир! — Они сказали. Речь пчел очень понравилась быку:
— Если нет, то можешь гореть изо всех сил. Оставь остальное мне! он сказал.
Они держат совет вместе.
Волки прибыли мгновенно. Спутнице волчьего воя:
«Хув, подними его!» «Я понесу это,» он побежал к быку.
Тогда вол повернулся, побежал к волку и поплыл, а волк семь раз скатился вниз, говоря «дод». Увидев это, прибежал его напарник, и бык слишком сильно отшвырнул его. Крысы испугались и попытались зарыться в землю. Поскольку земля была каменистой и твердой, они не могли копать, они выкопали все место в одно мгновение.
Если есть петух, он лезет на дерево и кричит «ку-ку-ку».
Пчелы присосались к обоим волкам и жалили-жалили, и в одно мгновение они раздулись в клубок. Даже тогда волки не убежали, они пришли в полную силу и вцепились в быка. Бык забодал их и оставил тело с раной. Что же касается осла, то он ревел во весь голос и ходил туда-сюда.
Однажды волки устали. Если он посмотрит, бык и пчелы убьют его. Сначала убежал волк, а за ним и волк. К тому времени, когда они бежали, им удалось добраться до короля. Весь жир этих волков был сорван, кровь их текла, морды опухли от пчелиных укусов, а глаз не было видно. Когда король и его спутники увидели их состояние, их цвет поблек, их кровь вытекла, их подбородки задрожали, а глаза заблестели.
Король:
— Что с тобой случилось? он спросил.
«Боже мой, это не барра-кебабы, это катастрофа!» — Они сказали.
— Да, что случилось? — сказал один из волков:
— Нас пытаются убить. Среди них есть мункар-накири и пара его горков. Мункарнакир сказал, что от одного удара его молотом, даже если это лев, он перевернется.
Еще один волк:
«О, мой дорогой!» Ты стоишь один! Я говорю за себя. Азраил среди них.Он сказал, что когда он пронзает копьем, чтобы лишить его жизни, его тело болит и опухает.
Теперь это:
— Эй, ты не знаешь! Пришли с маской. «Они выкопали семь могил для каждого из нас, прежде чем мы умерли», — сказал он.
Он сказал:
— Ты не видел! Они пришли с суфием. Перед смертью Хадеб взбирается на дерево и зовет людей на похороны.
Один:
— Но среди них есть один большой. Это должна быть она. Он не подходил к нам, а стоял подальше, поучая нас и крича на них. «Если бы он пришел, мы бы погибли», — сказал он.
Волки боялись видеть, что они делают, и слышать, что они говорят. Король:
«Что же нам теперь делать?» он сказал. Оставшийся:
«Боже мой, если вы скажете нам умереть, если мы попадем в беду, наш день окончен, мы продолжим». Если нет, мы убежим. Придет время им погнаться за нами, — сказал он.
Услышав это, король волков снова испугался.
«Если нет, подождите, мы уйдем», — сказал он.
Тогда все волки, не придя в это место, но найдя тех, кто бродил повсюду, убежали с горы Сусамбиль и ушли на другую сторону семи гор.
Жители Сусамбили теперь совершенно свободны, их рты касаются супа, и они толстеют за несколько дней. Когда они вспоминали дни, проведенные в доме своих хозяев, они читали, радовались здешним удовольствиям, охотились на дичь Сусамбил, сплавлялись по реке и веселились. Благодаря этому он достиг своих целей.
:smile:good work